Экскурсия по ателье Chaumet

Недавно во многих уголках Европы прошло уникальное событие, организованное компанией LVMH, позволяющее окунуться в атмосферу одних из самых старых luxury-брендов континента (от Loewe в Испании до водки Belvedere в Польше) и узнать, как производятся товары, которые обречены на успех среди покупателей.

Моей первой остановкой стало ателье Chaumet на 12 Place Vendome.

Миновав одноименный магазин и огромные синие ворота, пройдя во двор, повернув налево, я оказываюсь на лестничной площадке, где все белого цвета, кроме мраморных лестницы и пола.

На первый взгляд, конечно, все кажется довольно большим и роскошным, однако по сравнению со зданием Дворца Юстиции, который находится как раз напротив ателье, через дорогу, интерьер довольно скромен. Тем не менее, поднявшись по лестнице на второй этаж, подняв голову, увидев большую люстру, которая окружена росписным потолком и зайдя, наконец, в саму штаб-квартиру, понимаю, что все до этого было неправдой, это здание - типичный представитель Парижа XVIII века.

В коридоре квартиры стоит мужчина, который, пожав руку и представившись, говорит что "хоть он и не так долго работает для дома (практически 3 года), он попытается ответить на все интересующие вопросы как можно точно". Это даже больше, чем устраивает!

В этом небольшом коридоре висят 2 картины друг напротив друга. На первой жена Наполеона Бонапарта - Джозефина.

К ней дом испытывает особую привязанность: она была первым известным человеком, кто показал, что дом Chaumet достоин королевских особ. Другая картина изображает вторую жену императора - Марию-Луизу, которая была написана Робэром Лёфэвром и приобретена домом в 1975 году.

Помимо привычной диадемы, на портрете изображены и другие изделия, которые были созданы для нее: серьги, ожерелье, пояс для платья, а также небольшая корона (подарок Наполеона в честь рождения сына, который изображен как рисунок, лежащий на столе рядом с короной). Для императора дом также создал меч из золота, который был украшен алмазом Регент в 140 карат - он хранится в Лувре с 1887 года.

Прохожу коридор и попадаю в следующую комнату. Из окна виднеется Вандомская колонна. В качестве мебели здесь присутствует лишь несколько небольших диванчиков, журнальный столик и офисный стол. По словам сотрудников дома, эта комната используется как место встречи с клиентами для обсуждения деталей проекта, примерки макетов, утверждения эскизов. Салон поражает глаз своей выдающейся убранностью, симметрией и уже не удивляет, что это место является государственным историческим монументом еще с 1927 года.

Апартаменты также имееют славу благодаря Фредерику Шопэну, который переехал в них буквально за месяц до своей смерти. Легенда гласит, что хотя сам он и не мог позволить платить за такую роскошь, состоящую из семи комнат, один человек из его окружения взял все расходы на себя по оплате жилья. Именно здесь композитор написал свою последнюю мазурку, опус 68 №4.

Далее, повернув направо, оказываюсь в своебразной комнате-музее эскизов ювелирных изделий. Здесь хранится около 500 тысяч рисунков! Именно здесь разъясняется, что не ювелир - человек, который изобретает все изделия: это художник, работающий на дом. Как раз художник присутствует на первой встрече с клиентом, пытаясь понять, что же нужно изобразить на листе бумаги. После этого он обязан приподнести 5-6 эскизов (в зависимости от сложности изделия) на одну тему, но с измененными деталями. Раньше промежуток времени от первой встречи с клиентом до готового продукта мог занять 6-7 лет. Сейчас это занимает не так много времени, но и не так мало, так как все делается вручную и многое зависит от камней, использующихся для заказов. Настоящее made-to-measure!

В коллекции рисунков одно из главных мест занимает Рэне Лалик, который работал для этого дома художником - до того как создал свою компанию Lalique. Компания также очень лестно отзывается о коллаборации с князем Феликсом Юсуповым, которого они ласково называют "принцем". В салоне представлены несколько его рисунков, одним из которых является необыкновенная диадема. Я посмотрела недавно фильм "Я убил Распутина", снятый по мотивам его автобиографии, в голове тотчас возникла сцена, где он и его жена Ирина Романова примеряют украшения в Париже - в помещении, довольно похожем на апартаменты Chaumet, и одновременно обсуждают политическую обстановку в России. Возникает вопрос: не это ли место описывается на экране? И вправду, Феликс интересовался дизайном, но не только ювелирных изделий, а еще и дизайном одежды - тем самым он дал рождение модному Дому Irfé в 20-х годах. К сожалению, ювелирная компания не располагает ни одним экземпляром украшений - только эскизами и фотографиями Ирины, моделирующей диадему.

В коллекции эскизов особое место занимает рисунок под названием Aigrette Colibri. Эта брошь сделана из золота, серебра, рубинов и бриллиантов примерно в 1880-х годах. Изделие по сравнению с другими довольно маленького размера, но это ничуть не омрачает настроение ювелиров, а наоборот, судя по их лицам, доставляет им необыкновенную гордость. Это украшение было очень сложным в исполнении из-за размера и, оказывается, найти подобающий материал для изготовления не так легко, как кажется. Эта брошь была заказана семьей французских антикваров. После того как ее завершили, она пропала из виду компании на некоторое время. Спустя некоторое количество поколений той семьи брошь дала снова о себе знать: потомки антикваров решили ее продать. Chaumet не хотели упустить такой возможности еще раз, и поэтому они решили выкупить ее обратно, тем самым сделав ее одной из "изюминок" своей коллекции как пример высочайшего мастерства ювелиров Chaumet.

Следующим местом посещения была комната, где все стены были увешаны макетами диадем разных стилей и декад, которые были произведены до начала XX века Джозефом Шомэ. Сотрудники дома сразу же поясняют, что сделано все не в хронологическом порядке, а просто для того, чтобы клиенты могли найти правильный вариант того, чего они хотят; но и для самих мастеров это место является своего рода вдохновением.
 Салон, помимо экспозиции макетов, включает в себя функцию небольшого музея творений Chaumet.

Здесь присутствуют и диадемы 20-х годов 20-го века, и более ранние экземпляры: например, диадема примерно 1810-х годов, изображающая колосья пшеницы, развевающихся на ветру (в стиле Джозефины Бонапарт).

Или реплика украшений, включая корону, с портрета Марии-Луизы, которые абсолютно не могут называться репликой, если человек, смотрящий на них, не является историком ювелирных украшений! Здесь же находится та колибри.

И вправду, красота неописуемая! Сразу становится понятно, что, действительно, чем изделие меньше, тем работа становится более трудоемкой и тяжелой.
 Небольшим предметом декора этой комнаты можно назвать фотографии клиенток дома, моделирующих свои украшения. Тут же и Ирина Юсупова (думаю, что, возможно, и в платье своего дизайна!).

Хронология фотографий доходит и до нашего времени, где моделью была Стелла Теннант, кто по своему происхождению, кстати, идет из благородных семей Великобритании и является довольно близкой родственницей Дафны Гиннесс.

Последняя остановка визита - Salon des Perles. В этой комнате встречают 3 мастера, работающие непосредственно над исполнением украшений, которые после пожатия рук и многочисленных улыбок разъясняют все этапы создания ювелирного изделия, в частности диадем. По словам Паскаля Бурдарьа, один лишь каркас диадемы занимает более 200 часов работы, а потом еще и неисчислимые часы ее декорирования. Одним словом - работа для удивительно терпеливых людей!

Когда я уходила, мне вручили небольшую брошюру о Chaumet и сказали, что служащие дома очень надеются, что визит понравился и мне удалось понять искусство Haute Joallerie... Не уверена, что удалось понять абсолютно все, но у Chaumet точно получилось заставить почувствовать, как будто бы завтра и я смогу встретиться с художником и обсудить дизайн моей диадемы, что, согласитесь, было бы очень любезно с их стороны.